Неделей ранее автор сетовал на пагубу новогодних каникул, будто чреватых потерей темпа у либеральной дискуссии, богатой на авторов и, разумеется, полемику. Понятное дело, ерничал, ибо чего-чего, а творческого куража комментаторам-прогрессистам не занимать. Вот и заработала тектоника производства смыслов, как только мегаотгул, авторизованный властью, себя исчерпал.

Сразу два текста обратили на себя внимание, как своей вызревшей актуальностью, так и качеством подачи материала: "Хочешь мира — готовься в войне" Александра Скобова и блог Альфреда Коха. Статьи, невольно оппонирующие друг другу и передающие драматичную эклектику антипутинского протеста.

А. Скобову впервые удалось развернуто и внятно сформулировать, каково назначение бойкота в предстоящих выборах, придав ему политическое наполнение и осязаемость концепции. Обозначив бойкот одной из несущих культуры протеста, угробленной в России и взывающей к реставрации, Скобов прорисовал приоритет: задача задач оппозиции — не приступ Кремля через избирательные "смарт"-урны, обреченный на провал, а пошаговое размывание тотального конформизма населения, составляющего подлинный фундамент власти, ее главный актив.

Ни армия силовиков во главе с Росгвардией, ни пресловутая "вертикаль" не подпирают режим в той мере, как аморфное путинское большинство, мертвящее политическую повестку. До тех пор, пока не будет задействованы кампании массового неповиновения, прочая активность оппозиции — либо имитационные потуги (добросовестная отработка бюджетного финансирования), либо игра в политику — столь российская политическая плантация смотрится запущенной, если не подлежащей культивации. Но последнее — отдельная тема, вытекающая из уникальных, малоисследованных противоречий общества потребления, одной и разновидностей которого (пусть низшего порядка) Россия не перестает быть.

Неоспоримым посылом прозвучала и констатация А. Скобовым абсолютного лидерства Навального в либеральном движении, сумевшего отторгнуть у путинского большинства некий сегмент, обретающий ныне все больше сторонников. Как и верно названо спойлерство К. Собчак и Г. Явлинского, невольно или осознанно на тот электорат покушающихся и тем самым подыгрывающих режиму.

Солидаризируется с Александром Скобовым и Альфред Кох, видя в Навальном флагмана протеста, единственную фигуру с потенцией демонтировать династическую власть воров, некоего робота-минера. Его вера в Россиянина №2 столь велика, что он все еще не готов отозвать все выданные политику авансы. Тех не столько много, сколько оные, оказывается, без покрытия. Тут тебе и вождизм, сектантство, прогрессирующие у Навального, и полемическая неубедительность, прочие конфликты прекраснодушия, нашему брату-комментатору присущего, и унылой в своей посредственности реальности. Напоследок риторически вопрошает: "Надолго ли хватит моего энтузиазма?"

Насчет заначки энтузиазма не знаю, у каждого она своя. Да и рефлексии уважаемого автора объяснимы: Навальный, по политическим меркам, в силу возраста, скорее, студент, нежели состоявшийся, заматеревший политик. Большая часть карьеры у него впереди. Только какой? Общенационального лидера или политика регионального масштаба? Не заблуждается ли Навальный, отказавшись от схватки за кресло мэра Москвы — что было озвучено в его последнем интервью? Городской голова — не таков ли его потолок? Ибо, думается, как претендент на Кремль он, в той или иной степени, перестал существовать, когда продолжил плодить предвыборные штабы, узнав из уст Памфиловой (еще в июне!), что шансов зарегистрироваться в качестве кандидата на пост президента РФ у него нет.

Тут даже не дефицит политического нюха, а вождистская твердолобость, аукнувшаяся дезориентацией сторонников. Полгода хоть и потрачены не впустую (сеть штабов — несомненный актив), но прошли под ложным ориентиром. Именно в те дни следовало разворачивать общенациональную кампанию бойкота выборов-2018, политизируя общественный климат и формируя новую реальность, которой, увы, пока нет.

Тогда что это как не очередной извод политической имитации — сознательной или невольной? И чем Навальный изобретательнее своих спойлеров, но главное — режима? Который без боя и грамма власти не отдаст.

Хаим Калин